Краткий экскурс в историю карт |
Карточные метаморфозы
Первые карты в Европе имели возвышенный и назидательный вид: на них были представлены легендарные правители. В стандартной колоде XIV века червовым королем был Карл Великий, бубновым – Юлий Цезарь, трефовым – Александр Македонский, а пиковым – царь Давид.
В течение четырех столетий этот набор оставался неприкосновенным. Изменился только способ изображения – в XVII веке в Италии славные герои «отрастили» себе вторую голову. Правда, в массовое производство зеркальный рисунок поступил лишь в середине ХІХ века. Тогда же на рубашках карт появился знакомый нам мелкий узор – для защиты от шулерского крапа.
Конец карточной «монархии» положила Французская революция, перерисовавшая карты в соответствии с демократическими идеалами. Древние великие снова канули в прошлое, а их место заняли гениальные полководцы, философы и творцы с фригийскими колпаками вместо корон. На картах дам появились аллегорические изображения свободы мысли и слова и пуританских добродетелей, а валеты олицетворяли расовое и социальное равноправие, иногда выступая в роли знаменитых республиканцев.
В эпоху наполеоновских войн карточную колоду ждала очередная смена имиджа. Она стала своеобразной исторической памяткой, призванной поднять боевой дух азартных патриотов. Вместо королей и валетов на игроков смотрели бюсты храбрых генералов и ловких политиков, а остальные карты иллюстрировали великие сражения (червовая дама, например – битву за Москву) и сцены из военной жизни (а семерка червей – походный лагерь французов).
Когда битвы за Европу отгремели и страсти улеглись, карточный дизайн свернул, наконец, в светское русло. В XIX веке на картах фигур изображались романтические типажи: если пиковые «мужчины» выступали в амплуа злодеев, а даму пик делали роковой женщиной, то червовая масть состояла из положительных персонажей – мудрого и справедливого вельможи, благородного героя-спасителя и прекрасной беспомощной жертвы. Именно тогда карточные герои и получили средневековые одеяния, в которых фигурируют на современных картах. Принарядилась и упаковка, начав щеголять тиснением и золотым обрезом.
Надо отметить, что во всей Европе высоко ценились карты в «русском стиле». Отечественная колода не раз побеждала на всемирных выставках, за два последних столетия став трехкратным чемпионом в Париже и увезя бронзу из Чикаго.
Из князей в грязь
В зависимости от господствующей в то или иное время общественной морали, отношение к карточным играм в Европе несколько раз кардинально менялось.
Так, при Людовике XVI, прославившимся жизнью на широкую ногу и любовью к запретным наслаждениям, в карты играли на всех светских раутах, и они постепенно превратились в чисто аристократическое развлечение и символ порока. Своей тогдашней элитарности карты обязаны поговоркой: «Карточный долг – дело чести». Его неуплата ложилась на дворянина клеймом позора, поэтому даже банкроты предпочитали голодать и мерзнуть, но с закрытым карточным счетом и чистой совестью. На всеобщей волне гедонизма процветало и шулерство, которое нельзя было искоренить даже такими суровыми мерами, как заключение в тюрьму или изгнание из города.
Принеся с собой новые порядки, Французская революция запретила карты как разлагающую общество игру. Было установлено наблюдение за карточными притонами, начались преследования их владельцев. Наказанию подвергались также жильцы, умолчавшие о том, что в их доме собираются картежники.
А когда карты, наконец, вышли из подполья, их увидели и полюбили все до последнего простолюдина.
Традиционные карточные игры в России
Что такое карты, Россия, куда они попали из Германии, узнала в XVII веке. Мода на карточные игры распространилась по стране моментально, как лесной пожар. Ввели даже специальный налог на карты в пользу сиротских приютов, а право клеймить колоду было торжественно закреплено за Петербургским воспитательным домом.
В России исторически сложилось два карточных направления – банковские игры, в которых исход зависел от везения, и комбинационные, где требовалась не просто удача, а самообладание и логический анализ.
Первые, вроде штоса, баккары, виктории, ландскнехта, экарте и макао, особенно любил Некрасов, считавший, что у каждого должна быть припасена сумма, которую можно без зазрения совести проиграть, спустив пар. Среди вторых популярны были рамс, пикет и вист. Из XIX века до наших дней дошли преферанс, спрятавшийся от идеологических чисток под именем «ленинки», и бридж, которому в СССР пришлось несладко: советский Спорткомитет запретил его как буржуазный пережиток, но перестройка вернула игру картежникам, наградив за несправедливые наветы статусом спортивной.
